Как восстановить душевное равновесие после утраты близкого человека?

Сил и любви всем, кто горюет сейчас.
Слёзы людские, о слёзы людские,
Льётесь вы ранней и поздней порой…
Льётесь безвестные, льётесь незримые,
Неистощимые, неисчислимые, —
Льётесь, как льются струи дождевые
В осень глухую порою ночной.…

Ф.И.Тютчев

Ежегодно в третье воскресенье мая во всем мире отмечается Международный день памяти умерших от СПИДа. В этот день во всех странах миллионы людей организуют различные мероприятия, чтобы почтить память умерших от СПИДа.

Утрата близкого – сложнейшее событие, затрагивающее все стороны жизни, все уровни телесного, душевного и социального существования человека. Процесс переживая утраты называют работой горя. Горевание – это естественный процесс, в котором организм стремится к равновесию, заживляя свои раны, как телесные, так и душевные.

«Переживание горя - это одно из самых таинственных действий души» - пишет Ф.Е. Василюк в своей работе «Пережить горе». Каким чудесным образом человеку, опустошенному утратой, удастся возродиться и наполнить свой мир смыслом? Как он, уверенный, что навсегда лишился радости и желания жить, сможет восстановить душевное равновесие, ощутить краски и вкус жизни? Как страдание переплавляется в мудрость? Все это – насущные вопросы, знать конкретные ответы, на которые нужно хотя бы потому, что всем нам рано или поздно приходится, по профессиональному ли долгу или по долгу человеческому, утешать и поддерживать горюющих людей, помогать пережить горе.

Горе и утрата всегда неожиданны, даже если бы вроде бы мы были готовы и ожидали утрату, все равно это ожидаемая, но все-таки неожиданность.

Наверняка многим из нас знакомо это чувство неловкости, когда не знаешь, что сказать, как себя вести или бессилия от того, что непонятно, что делать. Как же помочь страдающему человеку? Так же, как при телесных повреждениях, процесс заживления душевной раны имеет свои закономерности. Знание этих закономерностей может служить опорой, помогающей уменьшить ощущения растерянности и беспомощности, может обеспечить более адекватное восприятие поведения страдающего человека и оказать нужную поддержку и помощь.

Начальная фаза горя – шок и оцепенение. «Не может быть!» – такова первая реакция на весть о смерти. Ф.Е. Василюк отмечает, что характерное состояние может длиться от нескольких секунд до нескольких недель, в среднем к 7-9-му дню сменяясь постепенно другой картиной.

Оцепенение – наиболее заметная особенность этого состояния. Дыхание скорбящего затруднено, неритмично, частое желание глубоко вдохнуть приводит к прерывистому, судорожному (как по ступенькам) неполному вдоху, скованность, напряжение. Малоподвижность иногда сменяется минутами суетливой активности.

Всё случившееся кажется нереальным, душа как-будто онемела, ощущение бесчувственности, оглушенности. Внешняя реальность воспринимается с трудом, поэтому через некоторое время человеку бывает трудно вспомнить происходящее.

Важно понимать! Считается, что человек в таком состоянии не впускает произошедшее в свою жизнь. В это время он как бы находится сразу в двух мирах, в настоящем - «здесь и теперь» и в прошлом - «там и тогда» до момента утраты. Мы имеем дело не с отрицанием факта, что «его (умершего) нет здесь», а с отрицанием факта, что «я (горюющий) здесь». Не случившееся трагическое событие не впускается в настоящее, а само оно не впускает настоящее в прошлое. Шок оставляет человека в этом «до», где умерший был еще жив, еще был рядом. Если бы человек мог ясно осознать, что с ним происходит в этом периоде оцепенения, он бы мог сказать соболезнующим ему по поводу того, что умершего нет с ним: «Это меня нет с вами, я там, точнее, здесь, с ним».

Настоящее «давит» на такой внутренний мир - любой звонок, любой сигнал из настоящего превращается в помеху, мешающую существованию в «там и тогда», а это существование в прошлом - насущная потребность и любая преграда - вызывает чувство злости. Как объяснить все эти явления? Такое состояние – защитный механизм нашей психики, душевная анестезия - отрицание факта или значения смерти. Душа не может сразу, целиком, принять утрату.

Что делать? Главный душевный труд горюющего человека – осмысление и принятие случившегося разумом. Очень важно на этой стадии дать выход чувствам – иметь возможность поговорить о происходящем, но и иметь возможность отвлечься. Хорошо, если рядом находится человек, способный разделить боль потери и поддержать. Его задача – сопровождать процесс естественного переживания, не мешая ему, но поддерживая, быть готовым выслушать и просто побыть вместе. Вспомните период первых дней после утраты? Что для вас было важным в этот момент? Чаще всего отвечают – реальная помощь друзей, родственников. Необходимо, чтобы кто-то просто позаботился о физическом состоянии горюющего человека, т.к. он может забывать поесть, плохо спать, бывает, люди ложатся спать, не раздеваясь и пр. Чтобы приехали, помогли организовать похороны, разобраться с документами, приготовили еду и пр.

Следующая фаза – фаза поиска (поиска возможности вернуть утрату), фаза отрицания утраты, её постоянства и неотвратимости.

Первым сильным чувством, прорывающим пелену оцепенения и обманчивого равнодушия, нередко оказывается злость или агрессия. Она неожиданна, непонятна для самого человека, он боится, что не сможет ее сдержать. Иногда бывает так, что разумом мы понимаем, что «нельзя злиться, обижаться», но все равно чувствуем гнев или обиду за то, что умерший «бросил меня».

Временные границы этого периода выделить трудно, так как он продолжается волнообразно и на следующих стадиях горя. В среднем выделяют 5-12-й день после известия о смерти. В это время разум как будто играет с нами, при этом пугая видениями умершего — то вдруг видим его в метро и тот час же ощущаем укол испуга — «он же умер», то вдруг звонок по телефону, мелькнет мысль — он звонит, то слышим его голос на улице, а вот он шуршит тапочками в соседней комнате.… Такие видения вполне обычны и естественны, но пугают, принимаясь за признаки надвигающегося безумия. Важно понимать, что это нормальное течение горя, в это время разум принимает попытки смириться с утратой, осмыслить её.

Иногда скорбящий говорит об умершем в настоящем времени, а не в прошедшем, например, «он/она хорошо готовит (а не готовила)», если это происходит через месяц или больше после утраты, значит, есть задержка на стадии осмысления и принятия разумом. О застревании на стадии отрицания может говорить и то, что человек сохраняет в неприкосновенности вещи умершего, продолжает мысленно общаться с ним. Человек ищет любую возможность задержаться в прошлом и забыть настоящее.

Но настоящее принимается все больше и затем наступает третья фаза – острого горя, длящаяся до 6-7 недель с момента трагического события. Иначе ее именуют периодом отчаяния, наибольших страданий, дезорганиза¬ции и острой душевной боли.

Сохраняются, и первое время могут даже усиливаться, различные телесные реакции – затрудненное укороченное дыхание, мышечная слабость, утрата энергии, ощущение тяжести любого действия, чувство пустоты в желудке, стеснение в груди, ком в горле, повышенная чувствительность к запахам, снижение или необычное усиление аппетита, нарушения сна.

Появляется множество тяжелых, иногда странных и пугающих чувств и мыслей. Это ощущения пустоты и бессмысленности, отчаяние, чувство брошенности, одиночества, злость, вина, страх, тревога, беспомощность. Характерно необыкновенная поглощенность образом умершего (частые воспоминания) и его идеализация - особенно подчеркивание достоинств умершего, избегание воспоминаний о плохих чертах характера и поступках. Ухудшаются отношения с окружающими - утрата теплоты, раздражительность, желание уединиться.

Сложно работать, заниматься обычными делами, трудно бывает сконцентрироваться на том, что человек делает, трудно довести дело до конца, а сложно организованная деятельность может на какое-то время стать и вовсе недоступной. Порой бессознательно скорбящий отождествляет себя с умершим - невольно подражает его походке, жестам, мимике.

Иногда человек не может выйти из депрессии, не позволяет себе радоваться, поскольку ушедший не может уже радоваться. Человек может застрять на переживаниях гнева, например, искать виноватых, обвинять медперсонал, постоянно думать о мести или стать озлобленным и раздражительным. Нередко эмоциональные проблемы перерастают в соматические, ухудшается здоровье, человек «уходит в болезни». Начинаются скитания по врачам, поиск медицинской помощи, но фактически человек не желает исцеления.

Важно понимать! Именно здесь, на этом шаге острого горя, начинается отделение, отрыв от образа любимого, готовится пусть пока зыбкая опора в «здесь-и-теперь», которая позволит на следующем шаге сказать: «Тебя здесь нет, ты там...».

Именно в этой точке и появляется острая душевная боль. Как это ни парадоксально, боль вызывается самим горюющим: феноменологически в приступе острого горя не умерший уходит от нас, а мы сами уходим от него, отрываемся от него или отталкиваем его от себя. И вот этот, своими руками производимый отрыв, этот собственный уход, это изгнание любимого: «Уходи, я хочу избавиться от тебя...» и наблюдение за тем, как его образ действительно отдаляется, претворяется и исчезает, и вызывают, собственно, душевную боль. Однако при этом рождается и новая связь. Как пишет Ф.Е. Василюк: «Боль острого горя – это боль не только распада, разрушения и отмирания, но и боль рождения нового». Чего же именно? Двух новых «я» и новой связи между ними, двух новых времен. Новое «я» способно видеть не «тебя», а «нас» в прошлом.

Что делать? Главный душевный труд - принятие утраты чувствами.

Горюющему необходимо пройти через боль, чтобы вернуться на поверхность из глубины потока минувшего. Боль уходит, если удается вынести из глубины песчинку, камешек, ракушку воспоминания и рассмотреть их на свету настоящего, в «здесь-и-теперь». Суровая реальность такова, что прожить боль можно, лишь болея, чувствуя ее. Слушать, слышать, жить, пока она не станет не такой невыносимой. Иного пути, кроме как переживание для избавления от страданий не существует. От качества работы переживания зависит вся дальнейшая жизнь.

Также как в предыдущей стадии – очень важно выражение чувств. Важно дать выход чувствам, дать им место быть, без осуждения, с принятием. Это не просто сделать, так как это сложный период для всех – горюющего человека и поддерживающих его близких. Ведь скорбящий человек может испытывать разные чувства — боль, печаль, горе, гнев, злобу, вину и стыд за себя. Он может осуждать себя за свои негативные эмоции. Близким людям порой сложно даже сидеть рядом, находиться близко. Хочется уйти, выйти, утешить или отвлечь и отгородиться от интенсивных страданий другого.

Как это объяснить? Когда человеку рядом с вами больно, когда он рассказывает вам о своей боли, вероятнее всего это актуализирует и вашу личную боль. Очень важно в таком случае быть в состоянии переживать ее, не игнорировать и не отодвигать. Вы буквально можете сообщить, что вам тоже было когда-то больно и что эта боль до сих пор в той или иной степени с вами. Возможно, именно в этот момент ваша боль впервые «увидит свет» и будет разделена. Не зря раньше на похоронах были плакальщицы, чей плач помогал выразить чувства близким людям, помогал «выплакаться».

И еще важно - прощение себя. Горевание почти всегда сопряжено с чувством вины. Человек может испытывать вину за обиды, которые нанес умершему, а также за то, что он жив и любуется закатом, ест, пьет, слушает музыку, а близкий человек умер. Здесь важно не убеждать себя (или человека, переживающего утрату) в том, что никто не виноват, как правило, это невозможно, а простить себя.

Снижению остроты переживаний способствует физическая активность с «эмоциональным» намерением. Д. Аркенджел в своей книге «Жизнь после утраты» пишет о том, что не важно каким видом активности заниматься. Важно намерение и эмоции. Можно делать физические упражнения или мыть посуду, делать уборку в доме и т.п. с переживанием боли и горя, давая выплеск своей энергии, высвобождая свои чувства.

Четвертая фаза горя - фаза «остаточных толчков и реорганизации».

Постепенно жизнь входит в свою колею, восстанавливаются сон, аппетит, профессиональная деятельность, умерший перестает быть главным средоточением жизни. Человек как бы учится жить по новому, по-другому.

Переживание горя теперь протекает в виде сначала частых, а потом все более редких отдельных толчков, какие бывают после основного землетрясения. Такие остаточные приступы горя могут быть столь же острыми, как и в предыдущей фазе, а на фоне нормального существования субъективно восприниматься как еще более острые. Поводом для них чаще всего служат какие-то даты, традиционные события («Новый год впервые без него», «весна впервые без него», «день рождения» и т.п.) или события повседневной жизни («обидели, некому пожаловаться», «на его имя пришло письмо» и т.п.). Четвертая фаза, как правило, длится в течение года: за это время происходят практически все обычные жизненные события и в дальнейшем начинают повторяться. Годовщина смерти является последней датой в этом ряду. Может быть, не случайно, поэтому большинство культур и религий отводят на траур один год.

Что делать? Главный душевный труд на этом этапе - формирование новой идентичности, нового «я». Смысл и задача работы горя в этой фазе состоит в том, чтобы образ умершего занял свое постоянное место в продолжающемся смысловом круговороте жизни (он может, например, стать символом доброты) и был закреплен во вневременном, ценностном измерении бытия.

Пережив утрату, человек становится немного (а иногда и много) другим. Важно осознать и принять себя нового. Ведь длительные боль и страдание — сильные чувства – и горюющий не может не обращать на них внимания. И тогда наступает момент, когда мы понимаем, что не можем больше оставаться такими, какими мы были до утраты. Что-то внутри нас преобразует страдание в мудрость.

Описываемое нормальное переживание горя приблизительно через год вступает в свою последнюю фазу – «завершения». Здесь горюющему приходится порой преодолевать некоторые культурные барьеры, затрудняющие акт завершения (например, представление о том, что длительность скорби является мерой нашей любви к умершему). Постепенно утрата входит в жизнь, осмысливается. Появляется печаль, которую называют, в том числе и «светлой».

Появляется все больше воспоминаний, освобожденных от боли, чувства вины, обиды, оставленности. Некоторые из этих воспоминаний становятся особенно ценными, дорогими, они сплетаются порой в целые рассказы, которыми обмениваются с близкими, друзьями, они часто входят в семейную «мифологию».

Часто образ ушедшего человека, с которым нас соединяли многие жизненные связи, «пропитан» незавершенными совместными делами, несбыточными надеждами, неосуществленными желаниями, нереализованными замыслами, непрощенными обидами, невыполненными обещаниями. Многие из них уже почти изжиты, другие в самом разгаре, третьи отложены на неопределенное будущее, но все они не закончены, все они – как заданные вопросы, ждущие каких-то ответов, требующие каких-то действий. Каждое из этих отношений заряжено целью, окончательная недостижимость которой ощущается теперь особенно остро и болезненно.

Что делать? В психологической практике имеют широкое значение ритуалы. Помимо ритуалов, предлагаемых нам культурой, можно прибегнуть к особым своим ритуалам. Например, к ритуалу прощания с умершим через написание ему прощального письма. Такая ритуальная траурная церемония поможет отпустить некоторые чувства и эмоции, которые доставляют дискомфорт, осознать их, а также начать процесс восстановления. Психологическая техника написания писем эффективна при потерях, расставаниях, обидах, чувстве вины и пр. Упражнение высвобождает массу сложных чувств: боли, тоски, тревоги, грусти, сожаления, печали.

Вот несколько простых правил написания «Прощального письма» (Вы можете дополнить их по своему усмотрению):

  • Озаглавить и обратиться (к умершему человеку).
  • Каждое новое предложение письма начинайте со слова «Прощай» (это поможет остаться сконцентрированным на задаче).
  • Написать в письме о переполняющих вас чувствах.
  • Поблагодарить умершего человека за то, что он был в Вашей жизни, за всё хорошее, что связано с ним, за тот жизненный опыт, который вы приобрели благодаря ему и т. п.
  • Написать каким вы видите свою жизнь дальше, без него.
  • Подписать.

Необходимо понимать, что переживание горя, так же как и отношения, всегда индивидуальны, неповторимы и с трудом умещаются в рамки универсальных законов и правил. Поэтому, собираясь реализовать рекомендации в собственной жизни, внимательно прислушайтесь к себе, чтобы определить – подходит ли это Вам.

Социальная поддержка очень важна для восстановления после утраты, и если Вы ее не получаете, то лучше обратиться за помощью к специалисту.

Если у Вас возникло желание поделиться своими мыслями и чувствами о прочитанном, Вы можете обратиться к автору статьи – психологу отделения профилактики ВИЧ/СПИД государственного учреждения «Минский городской центр гигиены и эпидемиологии» Татьяне Владимировне Горельчик, а также к специалистам нашего отделения по медицинским и правовым аспектам ВИЧ-инфекции. Позвонить и записаться на консультацию можно по телефону 8 (017)292 37 08.